![](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fstorage.comfortel.pro%2Fstorage%2Fnews%2F9V0hzn9qvqrRq18bjd5pyZrIuzoGc3-metaMjk3MjE5Nzg4NDYzODY0LmpwZw%3D%3D-.jpg&w=640&q=75)
Не умереть от стагнации
«Многие российские компании реально выигрывают от кризиса, импортозамещения, но не рынок телекома — в целом он испытывает серьезную нагрузку, и не только в России», — говорит Юрий Смагаринский, региональный директор объединенного региона Запад компании «ВымпелКом».
Другие представители ИКТ-отрасли уверены, что экономический кризис — не самая большая проблема рынка — стагнация куда страшнее. «Я пережил уже несколько кризисов, но в предыдущие разы отрасль была на подъеме, активно развивалась, поэтому ощущения, что наступил кризис, не было: услуги становились лишь более востребованными. Сейчас же в Европе рынок мобильной связи переживает серьезные трудности, падая уже не первый год, — отмечает вице-президент — директор макрорегионального филиала «Северо-Запад» ПАО «Ростелеком» Андрей Балаценко. — Россия по степени развития рынка находится немного позади, но это ненадолго: период бурного роста давно пройден, и уже заметно, что мы входим в эру стагнации».
Потребитель перестает использовать «голос», в основном пересылая данные, требует конвергентных продуктов, ждет от операторов функций единого digital-провайдера. Девальвация усиливает давление на операторов: российского оборудования для развертывания сетей 3, 4, 5G нет и в ближайшее время не будет; затраты компаний большой четверки на покупки за рубежом растут. Международный интерконнект также подорожал в пересчете на рубли.
«Сейчас наш рынок растет темпом всего в 1% за квартал, а ведь еще недавно он рос на десятки процентов в квартал. У всех игроков ситуация схожая: доходы стагнируют, а затраты растут. Мы вынуждены компенсировать снижение маржинальности, деля друг с другом расходы на строительство сетей. В ближайшее время рынок увидит еще больше партнерских проектов по разделению затрат на инфраструктуру», — уверен Юрий Смагаринский.
Тем же путем идут крупные операторы фиксированной связи. По словам Андрея Балаценко, «в России все такие бедные, потому что слишком богатые». «Мы, в том числе и в телекоме, не были готовы сотрудничать — для того, например, чтобы получить синергетический эффект от использования общей инфраструктуры. Каждый строил свое: если стоят «вышки» — то четыре рядом, если висит кабель — то пучками». «Мы вкладывали больше, чем было разумно. Теперь придется учиться сотрудничать, и мы уже делаем это», — подчеркивает он.
Конкуренция как драйвер
Укрепление партнерства в использовании ресурсов не мешает обострению конкуренции за клиентов, причем в их поиске операторы заходят в смежные сегменты и укрепляются на новых для себя рынках. «Становимся ли мы банком или начинаем заниматься системной интеграцией — это прежде всего инструменты, которые компания в данный момент выбирает, чтоб достигать своих целей. Поэтому это история не про кризис, а про конкуренцию, — считает Алексей Титов, директор по инфраструктуре Северо-Западного филиала компании «МегаФон». — Телеком-отрасль в России была высококонкурентной с самого начала, и это давало большую динамику в разгоне». Именно благодаря конкуренции, уверен Алексей Титов, мобильная связь в России сейчас находится на пике технологического развития, обгоняя по своему качеству многие другие страны.
Конкуренция, между тем, не просто ужесточается, а зачастую перестает быть добросовестной, отмечает Виктория Тихонова, директор Санкт-Петербургского филиала компании «ВестКолл». Каждый оператор хочет получить всё и сразу. «Мы все живем как последний день», — говорит она.
Потеря голоса
Елена Абрамова, директор по работе с бизнес-рынком МТС «Северо-Запад», подчеркивает, что ИКТ-рынок не поменялся в одночасье: зерна изменений были заложены уже давно. Причиной оптимизации становятся изменения в структуре потребления услуг связи.
«Каждый оператор, инвестируя на протяжении последнего времени в строительство сети, понимал, что голос будет переходить в передачу данных — мы сами подогревали этот тренд. Разумеется, операторы вынуждены искать решения, чтобы компенсировать эти потери, — объясняет она. — Кто-то покупал фиксированных операторов, а мы развивали финансовые сервисы, и также вышли на рынок системной интеграции. Все эти инициативы преследуют одну цель: не позволить клиенту смотреть на другие рынки, на других операторов, и предоставить ему весь комплекс услуг, сервис из «одного окна».
Для МТС покупка системного интегратора принесла и экономию издержек, так как приобретенная структура отвечала за биллинговую систему МТС, но, как отмечают в компании, это не главное: рынок системной интеграции в Петербурге еще не насыщен, так что есть потенциал для роста. «Клиент уже не диктует спрос. Это наша задача — подсказать ему, как можно более эффективно построить его бизнес. И для этого нужны разные инструменты — и телекоммуникационные, и IT, и финансовые», — резюмирует Елена Абрамова.
О целесообразности выхода на другие рынки задумывались и в «МегаФоне». «Финансовые проекты у нас есть, — отмечает Алексей Титов. — но только там, где мы убеждены в эффективности этого инструмента. С точки зрения компании, кризис — это стимул проявить гибкость, договариваться и сотрудничать, внедрять инновации. Конечно, инновации, как и все новое, могут не сразу найти понимание у потребителя, но именно они зачастую позволяют двигаться вперед».
«Впереди еще снижение спроса, и к этому надо готовиться», — говорит Андрей Балаценко. «Спрос пока не упал, но упадет, поэтому оптимизироваться надо всем, включая нас», — полагает Виктория Тихонова.
Кризис недоверия
ИТ-рынок чувствует себя несколько лучше, чем телеком: ИТ-компании все-таки показывают прибыль. Однако, как рассказал Владимир Быков, коммерческий директор компании «Тринити», компаниям приходится бороться с недоверием владельцев и руководителей предприятий к информационным технологиям как к ключевому элементу генерации прибыли.
«К сожалению, многие руководители, которые управляют бюджетом, видят в ИТ лишь средства повышения удобства и качества работы персонала. Например, рабочие станции — это прекрасное замещение пишущей машинки и удобство обработки табличных данных, отличное решение для ведения бухгалтерии компании, а сети снимают необходимость передавать информацию в бумажном виде. Но мир меняется, и дигитализация бизнеса ставит новые задачи, появляются новые формы, которые заставляют классический бизнес трансформироваться», — говорит Владимир Быков.
Повлиять на недоверие можно — для этого необходимо изменить роль ИТ-специалистов в развитии предприятия. В большинстве случаев ИТ-руководитель на предприятии отвечает за работоспособность информационных систем, не более того. Но в современных реалиях бизнеса надо, чтобы ИТ-специалисты отвечали за бизнес-результаты и за развитие своих компаний.
«Безусловно, здесь возникает вопрос о необходимости профильного образования. К примеру, в России требуется порядка полумиллиона специалистов, связанных с облачными технологиями, а готовит их только несколько университетов нашей страны. И я уже не говорю об Интернете вещей, прогнозной аналитике в бизнесе и промышленности — этому учат очень мало». «Не хватает специалистов, стоящих на стыке ИТ и бизнеса. Это очень острая проблема», — резюмирует Владимир Быков.
Взлетая в облака
Для маленьких компаний кризис — это время возможностей: им проще адаптироваться, принимать решения, менять правила, протоколы, принципы, — уверен Дмитрий Петров, генеральный директор компании «Комфортел». «Мы воодушевились, когда доллар начал расти. Закончилась нефтяная эра, так что возвращения к прошлому ждать не стоит, — говорит он. — Вместо нефтяных труб, деньги будут приносить «трубы», по которым перетекают большие объемы разнообразных данных. И мы прекрасно себя чувствуем в роли такой трубы: мир уходит в облака, поэтому качественная транспортировка информации очень востребована». Для того, чтобы повышать качество, компания приняла принципиальное решение набирать специалистов, — продолжает Дмитрий Петров. — В ущерб прибыльности, но ради развития, мы готовы на такие расходы».
![](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fstorage.comfortel.pro%2Fstorage%2Fnews%2FfT0iKVHDtBIgGHxJdf2LHzDEiTq8SWXh76gurxBH1680779050805.jpg&w=3840&q=100)
Дмитрий Петров, «Комфортел» (Фото: РБК СПб)
Облачный бум, упомянутый Д.Петровым, стимулирует рост целого ряда компаний — так, Linxdatacenter, поставщик услуг в сфере хранения и обработки данных, декларирует четырехкратное увеличение продаж облачных сервисов. Причина в том, что бизнес, пересматривая статьи собственных расходов, стал более лоялен к хранению информации на чужих серверах, ведь строить и содержать свой ЦОД в условиях кризиса — непозволительная роскошь. Да и принятие изменений в 152-ФЗ «О персональных данных», вынуждающих переносить сервера в Россию, простимулировало рынок дата-центров. Переход в облака также стал частью решений по оптимизации бизнеса клиентов.
«В период кризиса мы получили массу плюсов: благодаря 152-ФЗ, к нам пошло много клиентов с запросом о хранении оборудования и данных, — отмечает Екатерина Куканова, региональный управляющий директор Linxdatacenter. — Также кризис напомнил нам о важности фокусировки: мы провели сегментирование и выяснили, у какого типа клиентов наши услуги более востребованы, какой тип клиентов перспективен для развития, и сфокусировали свои усилия на этой клиентуре. Кроме того, мы перешли от евро к рублям, разработали программы лояльности и поддержки существующих клиентов, ввели инновации в управлении и бизнес-процессах — новая стратегия дала нам ощутимую пользу».
Представители ИКТ уверены, что, если у компаний сейчас получится пройти необходимую трансформацию, то отрасль в итоге станет значительно сильнее. «Российский менталитет известен тем, что мы всегда можем убедительно объяснить, почему что-то не получилось. Но если мы будем искать решение, а не оправдание, мы сможем стать кардинально другими», — считает Андрей Балаценко.
Беседа состоялась в рамках серии дискуссий «Клуб Winner — встречи прогрессивных бизнесменов за бокалом вина» в ресторане Café Claret отеля «Гельвеция».